Русский японца не уразумеет … Уж не знаю ...

Русский японца не уразумеет …

Уж не знаю что тогда придумало руководство Сахлеса, но то, что полтора
десятка лучших шоферов со всех леспромхозов послали в Японию, истинный
факт. Возможно партию новых самосвалов хотели прикупить, да водителей на
стажировку отправили или еще чего-то там, но сказали так - поедете на
месяц и не ударьте в грязь лицом! Валюту правда не обещали, времена не
те, но зато средний заработок и всевозможные премии гарантировали.


В число командированных попал и мой друг Колька. А как не попадешь,
если за ним уже четыре года переходящий вымпел лучшего водителя. В общем
собрал Колек рюкзачек и настроился заграницу покорять. Да не тут-то
было, в смысле не все так просто, потому как к вечеру поглаживая его по
волосато-мускулистой груди, жена как бы невзначай пропела;
- Я Коля тебе там списочек составила. Командировочные вам все равно в
валюте выдадут, так что прикупи там кой-какой товар, ну в общем все, что
привезти разрешат. Да может там еще кой-какую «шабашачку» срубишь, ты-то
у меня мужик разворотливый! - с тем и уснула.
А Коля полночи мучился, все думал как он там на ихнии йены, товар
прикупать будет. Список-то на двух листах мелким шрифтом был. К утру еще
и теща подскочила, у той почерк хоть и покрупней, да листов побольше. А
после тещи как прорвало - братья, сестры, кумовья, да и друзья
закадычные, прямо косяком повалили. Валюту никто не дает, но требуют,
кто пылесос, а кто и видеомагнитофон.
Колек из рюкзачка все выложил, вплоть до исподнего, так как окромя
списков, туда больше ничего и не помещалось. С тем и тронулся.
Командировка месячная, но вернулся Коля через неделю. И первого
встретившегося однопосельчанина на вопрос - «ну как там за бугром?»,
послал таким трехэтажным матом, что японскими иероглифами его не-то что
написать, выговорить невозможно. Да что там по-японски, у земляка после
этого послания, на русский язык две недели аллергия была.

Такой же ответ на аналогичные вопросы, получили и остальные вплоть до
жены с тещей, а в дальнейшем Колек вообще перешел на сленг
дальневосточных партизан, в смысле его пытали, а он молчал. Две или три
недели весь леспромхозовский поселок находился в отупенном незнании и
если бы не вовремя выданная зарплата, кто его знает, чем бы все
закончилось.
Но зарплату дали вовремя, и Колек вместе с остальным коллективом гаража
плотно засел в одном из боксов с приличным запасом спиртного. После
третьего стакана, мужики ненавязчиво-дружески тыкая его кулаком в грудь
или локтем под ребра с применением вопроса «а ты меня уважаешь?», все
же добились искреннего повествования. На мою удачу заглянул в бокс и я,
теперь вот вам от Колькиного лица могу пересказать.
- Приплыли мы туда на теплоходе, да от нас-то ходу, часов двенадцать.
Поселили нас в гостинице, хотя может и не гостиница а общежитие, но все
цивильно, как у нас в райкоме где мне грамоту вручали. День по городу
повозили, городок небольшой, но чистый - жуть! Плюнуть некуда! С каждым
окурком к урне бегаешь, ноги чуть по колено не стерли. Но красиво,
магазинов полно, товаров этих, что меня привезти просили немерено и
никаких очередей. Вот думаю командировочные выдадут, я по этим
магазинчикам и прошвырнусь. На следующий день, на работу повезли.
Автобус такой шикарный, спецовку выдали - хоть на танцы. Машины, все
новые. Переводчик объяснил, что мы грунт из карьера будем возить, дамбу
на море отсыпать. Ну думаю, сейчас я вам империалисты покажу, как умеет
работать настоящий русский мужик. Покажу, как план перевыполнять. В
общем настроился серьезно. От карьера до дамбы крюк километров
пятьдесят, я еду, а сам смотрю где шабашку срубить. Напарник-то мой -
япошка, по-русски ни бум-бум, он-то может и знает где подкалымить можно,
да как спросишь? Подъезжаем к карьеру, я уже хотел вниз нырять, а этот
наставник давай орать что-то, рожи корчить, в общем показывает чтобы я
остановился. Ну я встал - мне не жалко. Смотрю, из карьера самосвал
поднимается груженный, возле нас остановился из него японец выпрыгнул и
к нам идет. Напарник мне показывает, мол, вылазь. Я вылез, пересели в
тот, что с грунтом, поперли на дамбу. И так целый день туда-сюда. Я
этому наставнику в глаза свои права тычу, показываю, что у меня первый
класс, мол, я и сам в карьер могу. Да у нас - кричу - карьеры в двадцать
раз больше! Мы дороги-то вон какие для лесовозов отсыпаем, вам с вашей
дамбой такое и не снилось. А тот ни в какую, все показывает, что моя
работа возить, а в карьер другой спускается. Короче, шесть часов я эту
дорогу утюжил, как челнок. В гостиницу привезли, рук-ног не чувствую,
одним словом, как выжатый лимон. Упал на кровать, думаю что-то тут не
так, а что, понять не могу. Коллеги мои, что с других леспромхозов, тоже
лежат, даже первый день работы обмыть никто не предложил. С утра снова в
бой.

Наставник мой, постоянно что-то курлычет, но по роже вижу, что не быть
мне образцом ударного труда в их капиталистическом мире. Тогда я решил
ему выпить предложить, говорю, гаишников все равно на трассе нет, давай
в шинок сгоняем да грамм по сто накатим. Нихрена не понимает! Но с
помощью пантомимы и общенациональных жестов я ему все же объяснил. Он
когда понял, что я хочу, челюсть на панель уронил. Вы мужики не верьте,
что японцы узкоглазые, он свои зеньки так вылупил, что нам такая
круглость и не снилась! И хочется мне ему по хлебалу щелкнуть, да
интернациональная совесть не позволяет. Все он не доволен, что курю в
кабине, а где еще курить если ни одного перекура. Я ему раз сказал, что
у меня перекур, так он всю кабину слюной забрызгал, все в часы пальцем
тыкал, мол, график у нас. Короче к концу второго дня, я не только о
шабашках забыл, а и как пейзаж придорожный выглядит. Вот одна дорога
перед глазами стоит и больше ни черта. И дорога эта - мать ее …, она
ведь как стекло, ни кочки на ней, ни ямины. Как на такой дороге
экстра-класс вождения покажешь? Чувствую, деградирую я, в смысле, вроде
еще как человек, но уже какой-то ненастоящий. Индивидуальности абсолютно
никакой. Вот здесь-то я, ведь тому же Сереге десять километров форы дам
и машина у меня раз в двадцать больше проходит, а почему? Да потому что
я машину и дорогу нутром чую, я каждую ямину просчитываю под каким углом
мне в нее войти, чтобы машину не тряхнуло и мосты не повырывало. Эх, да
что объяснять! А там, катись да катись, рулем-то только на поворотах и
кручу. Короче, на второй день мы вечером опять не пили, вроде и пора, а
сбегать в этот маркет, все отказываются.
На третий день наставников убрали. Видимо решили, что мы и без них
справимся. Переводчик объяснил, что радио, которое в машине стоит это не
радио вовсе, а рация и если что не так, надо на кнопку нажать и говорить
что случилось. Ну без наставника я себя веселей почувствовал, сразу о
шабашках вспомнил. Еду, головой верчу, смотрю кому машину грунта пихнуть
можно или отвезти что куда. Вижу стройка какая-то, от дороги километра
два, но для зверь-машины это ведь не крюк. С трассы на примыкающую
свернул и туда. Подъезжаю, смотрю все как положено работяги пашут, среди
них один самурай тусуется, ну в смысле бугор по нашему, я к нему. Говорю
- братан нерусский тебе грунт нужен? - и на машину показываю. Он головой
кивает, улыбается, но толком не поймешь, толи нужен толи нет. Я говорю -
ну если нужен, давай тащи мани-мани, в смысле иены мать вашу, рублей
тридцать, да показывай куда высыпать - он опять головой кивает, а сам
телефон из кармана тащит. Я между прочим, сразу почувствовал, что
какая-то лажа здесь, думаю надо дергать пока не замели. Выскочил опять
на трассу, думаю хрен с ним, не удалось грунта толкнуть, солярочку
продам. Встал на трассе, смотрю мини-вен какой-то прет, по выхлопу вроде
дизелек, ну я его тормознул. Пока объяснял, что солярки у меня выше
крыши и что я ему ее за полцены толкну, ихнии гаишники прилетели. И так
я и не понял, толи они действительно не хрена по-русски не понимают,
толи бестолковые совсем.

Я им говорю - машина сломалась, как это по вашему, ну короче
кирдык-хана, а у братана я ключ на двадцать два спрашивал - ни черта не
понимают. Документы смотрели, потом по своей и по моей рации что
чирикали, руками махали и все улыбались как идиоты. Я плюнул, поехал
дальше.
Вечером, меня этот мужичек, что с нами на теплоходе плыл в сторонку
отозвал. Я между прочим, еще на теплоходе заметил, что странный какой-то
водила. С нами не бухал, все особнячком и костюмчик у него какой-то не
шоферской. Вот этот мужичек мне и говорит - «ты Коля кончай ерундой
мается, дальше Сахалина мы тебя конечно не сошлем, но за твои концерты
мы тебе и дома такую жизнь устроим - мало не покажется! Ну я же не
тупой, сразу понял что к чему. Еще два дня отпилил по этой дороге. Она
мне гадина уже по ночам снится начала, ям на ней нет, так я уже каждое
пятнышко на ней запомнил, и надо же такому случится, что машина у меня
заломилась. Пофыркала, пофыркала и сдохла. Ну думаю лафа, щас меня на
ремонт оттащат, с местными слесарями водочки попью. Да и в город надо бы
смотаться, баба ведь глаза повыцарапывает если ничего не подвезу. На
кнопку нажал, ору - давай тягач мать вашу, машине амба! Минут пять орал,
пока они нашего переводчика к рации не пригласили, тому-то я уж объяснил
от души. А сам думаю, пока тягач пригонят, надо посмотреть что там к
чему. Капот задрал, залез - вникаю. Сложного ничего нет, только лишних
коробочек и проводов многовато. Короче присмотрелся, вижу к топливной
аппаратуре проводок какой-то подходит, но слетел. Я его на место
воткнул, стартером вжикнул - завелась. Заглушил, проводок снял обратно -
в город-то надо!
Приехала аварийка. Мою машину подцепили, а мне другую подогнали,
показывают, мол, давай наяривай. И тут я понял, что магазинов и водки со
слесарями, мне не видать как собственных ушей. А еще я понял, что еще
два дня, и в дурку мне прямая дорога. Очумел я вконец! Вечером подошел к
тому мужику в пиджаке, говорю, делай, что хочешь, но отправляй меня
домой, как хошь отправляй иначе покусаю. Как пить дать покусаю, потому
что я уже от этой жизни японской, озверел!
Ну он мужик сообразительный, понял сразу, говорит - «ты виду не
подавай, нечего народ провоцировать, а лучше скажи, что заболел. Я тебя
как больного, первым же нашим судном, домой и отправлю» - так кстати и
сделали.
Вот только дома и осознал, что к чему. Оно ведь как, со стороны-то
глядя, там хорошо все. Машина новая, дороги ровные, жилье и жратва
цивильные, а вот индивидуальности нет. Я там никто - серое безмозглое
существо выполняющее свою работу, которую я должен делать не так как
хочу, а как мне сказали. Это здесь я и директора и завгара могу на хрен
послать и буду прав, потому что я план перевыполняю и вымпел лучшего
водителя у меня, а там послать только меня могут …

смысле машину машина русский толи